Дмитрий каратеев ревматоидный артрит

Дмитрий каратеев ревматоидный артрит thumbnail

Однако, по данным эпидемиологических исследований, в реальности их насчитывается порядка 700 тысяч, или около 0,61% от численности взрослого населения, что говорит о серьёзных проблемах с диагностикой этого заболевания. Почему так происходит?

Об этом наш сегодняшний разговор с исполняющим обязанности директора Института ревматологии РАМН, доктором медицинских наук Дмитрием Каратеевым.

Горький дефицит

Иван Колосов, «АиФ Здоровье»: Дмитрий Евгеньевич, ревматоидный артрит нередко называют визитной карточкой ревматологии. Почему его так плохо диагностируют?

Дмитрий Каратеев: Эта проблема характерна не только для России, но и для всех даже экономически развитых стран. Ревматоидный артрит – заболевание, которое лишь в 40% случаев дебютирует с очевидной клинической картиной, тогда как в 60% диагноз в силу разных причин поставить сразу не удаётся. Симптоматика ревматоидного артрита, особенно на ранних стадиях, может самопроизвольно исчезать, потом возвращаться. При этом зачастую отсутствует характерное для ревматоидного артрита множественное поражение суставов. Иногда это заболевание начинается вообще нетипично: с повышения температуры, вялости, слабости и других общих симптомов.

Дмитрий каратеев ревматоидный артрит

Кроме того, страна у нас большая, больных много, а ревматологов меньше чем 1,5 тысячи на всю страну. Есть регионы, где вообще нет ни одного ревматолога.

 – Почему?

– Дело в том, что ревматические заболевания не входят в официальный перечень социально значимых болезней. Несмотря на то, что это очень тяжёлые патологии, традиционно считается, что от них не умирают. Хотя на самом деле это не совсем правда. От них не умирают сразу. Такие ревматические болезни, как ревматоидный артрит, болезнь Бехтерева, системная красная волчанка, дают тяжёлые осложнения и, по всем статистическим данным везде в мире, без ранней диагностики и правильного лечения укорачивают жизнь от 5 до 10 лет.

До помощи – 500 километров

– Получается, что специализированную ревматологическую помощь можно получить только в крупных городах?

– Да. Но кое-что в этом направлении делается. Начиная с 2010 года открыто более 80 центров терапии генно-инженерными биологическими препаратами. Эти центры, правда, по-разному функционируют, есть очень активно работающие, есть менее активно, но тем не менее они существуют.

Хотя, должен признать, в целом это решает проблему лишь отчасти: многим пациентам, чтобы попасть в ближайший центр, надо преодолеть 300, а то и все 500 километров.

– Что необходимо сделать, чтобы выправить положение?

– Необходимо внедрение новых лабораторных и инструментальных методик диагностики. В первую очередь это ультразвук суставов – методика доступная, быстрая и достаточно эффективная. Человек обращается к врачу с жалобами на боль в суставах. Врач не уверен, есть в суставах воспаление или нет, направляет пациента на ультразвук – и через считаные минуты всё становится ясно. Во многих странах небольшие ультразвуковые аппараты входят в оснащение ревматологических кабинетов, но у нас есть ограничения как финансового, так и организационного характера.

Дмитрий каратеев ревматоидный артрит

Выход есть

– Что-то новое в диагностике ревматоидного артрита появилось?

– Вместе с нашими иммунологами мы сейчас активно работаем над созданием специального микрочипа, с помощью которого можно будет исследовать сразу большое количество параметров и определить, оправданны ли подозрения относительно ревматоидного артрита у того или иного пациента. Достоинство этой методики ещё и в том, что она позволит подтверждать диагноз удалённо. Переслать пробирку с небольшим количеством крови откуда-нибудь с периферии к нам в институт вполне реально. Надеюсь, что в ближайшее время эта методика будет внедрена в практику.

– А что предлагает современная медицина в плане лечения ревматоидного артрита?

– Это очень активно развивающаяся область. Даже в онкологии нет таких темпов развития. 15 лет назад в нашем арсенале было всего несколько препаратов, а сейчас только биологических генно-инженерных зарегистрировано восемь, а если учесть все инновационные лекарственные средства, то более десяти.

Первоначальная схема лечения почти для всех пациентов практически одинакова, а дальнейшая тактика зависит от ответа на терапию и от того, есть ли какие-то факторы, ухудшающие прогноз.

– А если улучшения нет?

– Тогда врач корректирует терапию, как правило, путём добавления каких-то препаратов, вплоть до биологических генно-инженерных. Благодаря такой тактике нам удаётся добиться прогресса практически у всех пациентов.

Однако чем раньше начато лечение, тем больше вероятность, что уже первая, стандартная схема даст хороший результат. И соответственно, чем позже пациент начнёт лечиться, тем больше придётся его переключать с одного препарата на другой.

Дмитрий каратеев ревматоидный артрит

Курс – на победу

– Вы сказали, что удаётся добиться прогресса практически у всех пациентов, а достичь полного излечения реально?

– Нет, полного излечения ревматоидного артрита гарантировать невозможно. В нашей практике нет даже понятия «курс лечения» – оно длится годами, порой всю жизнь. Но мы стремимся к достижению стойкой клинической ремиссии, подразумевающей то, что человек не имеет никаких признаков активного артрита, чувствует себя хорошо, ведёт обычный образ жизни, но постоянно принимает лекарства и каждые три месяца проходит обследование. При продолжительности ремиссии более 6–12 месяцев мы постепенно снижаем дозу препаратов, вплоть до полной их отмены.

– Уместно ли говорить о профилактике, коль скоро речь идёт о таком тяжёлом заболевании, как ревматоидный артрит?

– О профилактике всегда уместно говорить, поскольку хорошо известно, что любую болезнь легче предупредить, чем лечить. Что касается профилактики ревматоидного артрита, то она не отличается от профилактики любого другого заболевания: не курить, избегать инфекций, стрессов, короче, вести здоровый образ жизни.

Читайте также:  Как лечить артрит плеча сустава

Смотрите также:

  • Дорого. Сложно. Эффективно. Как изменилось лечение аутоиммунных заболеваний →
  • Шандор Эрдес: «Большая часть российских больных не доходит до врача» →
  • Лечение ревматоидного артрита: что нового? →

Источник

Дмитрий каратеев ревматоидный артритКаратеев Дмитрий Евгеньевич

доктор медицинских наук (2003), врио директора Научно-исследовательского института ревматологии им. В.А. Насоновой  

Окончил  Московскую Медицинскую Академию им. И.М. Сеченова, 1987

Основные направления научных исследований:

  • Ревматоидный артрит: диагностика, прогноз, биологическая терапия;
  • Ранний артрит;
  • Стратегия лечения ревматических болезней

Д.Е. Каратеев родился 21.09.1964 г. в г. Раменское Московской области. В 1987 г. закончил 1-й лечебный факультет I Московского медицинского института им. И.М. Сеченова (сейчас – Первый МГМУ им. И.М. Сеченова) по специальности «Лечебное дело». Работает в Институте ревматологии РАМН (ныне – ФГБНУ Научно-исследовательский институт ревматологии им. В.А. Насоновой, НИИР им. В.А. Насоновой) с 01.09.1987 г., с этого времени активно изучает проблему диагностики, лечения и прогноза ревматоидного артрита. Занимался развитием первой в стране компьютерной базы данных при ревматоидном артрите, проблемами ревматических заболеваний населения Восточной Сибири. Неоднократно ездил в экспедиции в зону Байкало-Амурской магистрали и Якутию. В 1995 г. защитил кандидатскую диссертацию на тему «Комплексная оценка тяжести состояния больного ревматоидным артритом и ее значение для прогноза болезни», а в 2003 г. – докторскую диссертацию на тему «Эволюция и прогноз ревматоидного артрита при многолетнем наблюдении».
С 2002 г. является координатором исследований в области ранней диагностики и лечения ревматоидного артрита в ФГБНУ НИИР им. В.А. Насоновой. Является руководителем коллектива авторов протокола и координатором крупнейших российских научных программ по изучению ранних стадий воспалительных ревматических заболеваний: «Ранний Артрит: Диагностика, Исход, Критерии, Активное Лечение» (РАДИКАЛ), утвержденной Президиумом РАМН в качестве ведомственной программы РАМН (постановление № 81 от 18 мая 2005 г.), «Российское исследование метотрексата и биологических препаратов при раннем активном артрите» (РЕМАРКА), автором концепции и координатором Общероссийского регистра больных ревматоидным артритом. С 2004 г. Д.Е. Каратеев руководит отделом ранних артритов ФГБНУ НИИР им. В.А. Насоновой, в составе которого находятся три научные лаборатории. В 2010 г. избран заместителем директора ФГБНУ НИИР им. В.А. Насоновой по научной работе, а в 2016 г. – врио директора Научно-исследовательского института ревматологии им. В.А. Насоновой.
Д.Е. Каратеев – член Ученого совета ФГБНУ НИИР им. В.А. Насоновой, диссертационного совета при ФГБНУ НИИР им. В.А. Насоновой, профильной комиссии Экспертного Совета Министерства здравоохранения Российской Федерации по специальности «Ревматология», Проблемной комиссии Ассоциации ревматологов России, Экспертного совета Высшей аттестационной комиссии (ВАК) по терапевтическим наукам, вице-президент Лиги Евразийских ревматологов (LEAR), член Постоянного комитета по клиническим вопросам Европейской лиги против ревматизма (Standing Committee on Clinical Affairs of European League against rheumatism – EULAR), сопредседатель Российско-Американского консорциума по высшим достижениям в ревматологии (Russian American Consortium for Excellence in Rheumatology – RACER).
Д.Е. Каратеев является главным редактором журнала «Современная ревматология», членом редколлегии журналов «Научно-практическая ревматология» и «Rheumatology (Oxford)». Автор около 250 научных работ в России и за рубежом, включая главы в 11 руководствах и монографиях. Индекс Хирша в Российском индексе научного цитирования (РИНЦ) – 19, в Web of Science – 4. Под руководством Д.Е. Каратеева подготовлены 2 докторские и 3 кандидатские диссертации. Имеет высшую врачебную категорию.

Монографии и прочие публикации за последние 10 лет:

Монографии:

  1. Клинические рекомендации. Ревматология. Под ред. Е.Л. Насонова. – М.: ГЭОТАР-Медиа, 2005, 288 с.
  2. Справочник лекарственных средств Формулярного комитета. М.: Ньюдиамед; 2005. 544 с.
  3. Лечение ревматоидного артрита. Клинические рекомендации.  Под ред. Е.Л. Насонова. – М., 2006, 118 с.
  4. Ревматология. Национальное руководство. Под ред. Е.Л. Насонова, В.А. Насоновой. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2008. 720 с.
  5. Справочник лекарственных средств Формулярного комитета, издание 4-е, дополненное. М.: Ньюдиамед; 2008. 721 с.
  6. Клинические рекомендации. Ревматология. Под ред. Е.Л. Насонова. 2 изд., испр. и доп.– М.: ГЭОТАР-Медиа, 2010, 752 с.
  7. Анти-В-клеточная терапия в ревматологии: фокус на ритуксимаб под редакцией Е.Л.Насонова, , Москва, ИМА-Пресс, 2012, с 343
  8. Генно-инженерные биологические препараты в лечении ревматоидного артрита . под ред. Е.Л.Насонова, 2013 ISBN: 978-5-904356-20-0, Издательство: ИМА-Пресс , 532 с., УДК: 616.72-002.77-085.377

Прочие публикации:

100 статей, из них 8 за рубежом

Источник

Ревматолог объяснил, как артрит повышает риск ранней смерти

По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), каждый десятый житель планеты страдает артритом. В чем заключается опасность этого заболевания и почему оно в некоторых случаях повышает риск ранней смерти, рассказал врач-ревматолог, доктор медицинских наук Дмитрий Каратеев. Подробности — в материале ФАН.

Читайте также:  Польза капусты при артрите

12 октября — Всемирный день борьбы с артритом. По данным ВОЗ, это заболевание главным образом поражает людей в возрасте от 30 до 50 лет, но большой процент среди пациентов с таким диагнозом составляют и дети — в этой возрастной группе болезнь может привести к инвалидности.

Доктор медицинских наук, профессор Дмитрий Каратеев считает, что это заболевание имеет огромную социальную значимость.

«Артрит — это собирательное понятие, которое включает в себя много заболеваний разного характера, сопровождающихся болью и воспалением суставов. Поскольку это группа чрезвычайно распространенных заболеваний, от которых страдает не менее 10-15% от общей численности населения, оно имеет большую социальную значимость», — сказал Дмитрий Каратеев в беседе с Федеральным агентством новостей.

Причины возникновения заболевания могут быть самыми разными. Специфика и механизмы развития болезни разнятся для каждой возрастной группы.

«Например, остеоартрит — самое распространенное заболевание — поражает преимущественно людей старшего возраста, начиная примерно с 45-50 лет. В этой возрастной группе это очень распространенная болезнь, и среди пожилых более 20% имеют его признаки. Основная причина — регулярный прием обезболивающих и нестероидных противовоспалительных препаратов, которые зачастую осуществляются пациентами самостоятельно. Бесконтрольный прием лекарств может вызывать множество побочных эффектов», — отметил ревматолог.

Ревматолог объяснил, как артрит повышает риск ранней смерти

Некоторые заболевания этой группы, напротив, поражают людей более молодого возраста. Как отметил Каратеев, речь идет о возрастной группе от 30 до 50 лет.

«Ревматоидный артрит или псориатический артрит — эти заболевания суммарно поражают порядка 1–1,5% от общего количества населения. То есть каждый сотый страдает этим заболеванием. Это очень тяжелые болезни, которые могут быстро прогрессировать, поражают сразу много суставов и приводят к их разрушению и деформации», — объяснил доктор.

По словам специалиста, главная опасность такого артрита кроется в том, что сопровождающий его воспалительный процесс ухудшает течение остальных заболеваний. В некоторых случаях артрит повышает риск ранней смерти.

«Люди без правильного лечения приходят к инвалидности буквально в течение нескольких лет. Более того, это все сопровождается активным воспалительным процессом, который ухудшает течение остальных заболеваний, в частности, таких распространенных, как сахарный диабет или атеросклероз. Поэтому у таких пациентов есть повышение риска ранней смерти. В первую очередь от сердечно-сосудистых катастроф — инфаркта и инсульта», — объяснил врач.

Дмитрий Каратеев добавил, что в России артрит не относится к перечню социально-значимых заболеваний, однако болезнь распространена не только в стране, но и во всем мире.

«Эти заболевания в нашей стране не входят в перечень социально-значимых, но на самом деле их социальное значение очень большое, потому что сотни тысяч пациентов страдают от хронической боли и зачастую имеют риски ранней смерти — не от самого артрита, а от осложнений или ухудшения течения сопутствующих болезней», — подытожил врач.

Напомним, ранее телеведущий и врач Александр Мясников рассказал, как поправить здоровье своих суставов. Специалист также высказался об эффективности хондропротекторов и артроскопии.

Источник

15 сентября в Москве состоялась пресс-конференция, на которой присутст­вовали ведущие ревматологи страны. Темой конференции стал выход на отечественный рынок инновационного генно-инженерного биологического препарата тоцилизумаб. Уникальный механизм действия тоцилизумаба обеспе­чивает беспрецедентные результаты лечения у больных ревматоидным арт­ритом, обреченных на хронические боли и нарушение двигательной активности.

Ревматоидный артрит (РА) — самое распространенное воспалительное заболевание неизвестной этиологии, основным признаком которого является разрушение суставов. Распространенность заболевания охватывает 1% населения всего земного шара. По оценкам различных экспертов, ревматоидным артритом сегодня страдает более 20 миллионов человек во всем мире. В России общее количество больных ревматоидным артритом (по неофициальным данным) составляет около 800 тысяч. Ревматические заболевания насчитывают более 100 нозологических форм и занимают 3-е место после других причин инвалидизации (кардиологические заболевания и онкология).

Ревматологи, собравшиеся 15 сентября на пресс-конференции, говорили о том, что максимальная эффективность лечения больных ревматоидным артритом заключается в быстрой диагностике и назначении оптимального лечения. Сегодня для лечения РА широко используются различные методы медикаментозной терапии, а также хирургическое вмешательство, однако настоящим прорывом стали генно-инженерные биологические препараты, которые, по результатам клинических исследований, позволяют существенно замедлить, а в ряде случаев и остановить развитие болезни. Таковым является блокатор рецепторов к интерлейкину-6 (ИЛ-6) — тоцилизумаб. Каждый второй пациент, получающий этот препарат, достигает ремиссии к концу первого года терапии, монотерапия тоцилизумабом превосходит по эффективности монотерапию метотрексатом, являющимся «золотым стандартом» в лечении ревматоидного артрита.

Читайте также:  Сильное похудение при артрите

Приветствуя собравшихся, Милош ПЕТРОВИЧ, Глава представительства компании «Ф. Хоффманн-Ля Рош Лтд.» в России, давшей жизнь новому препарату, сообщил, что тоцилизумаб стал действительно уникальным решением в новом классе ингибиторов- рецепторов интерлейкина-6.

Академик РАМН, доктор медицинских наук, профессор, директор НИИ ревматологии РАМН Евгений Львович НАСОНОВ в своем выступлении подчеркнул, что существенные сдвиги в лечении ревматоидного артрита связаны с появлением генно-инженерных биологических препаратов, которые целенаправленно воздей­ствуют на различные мишени?— клетки и рецепторы, ведущие к развитию воспалительных процессов. Тоцилизумаб блокирует рецепторы ИЛ-6, который является главным фактором развития целого ряда воспалительных процессов. Воздействуя, таким образом, на механизм развития РА, препарат способен быстро нейтрализовать симптомы и признаки заболевания.

О проблеме детской заболеваемости РА в своем выступлении говорила доктор медицинских наук, профессор, заведующая ревматологическим отделением Научного центра здоровья детей РАМН Екатерина Иосифовна АЛЕКСЕЕВА, напомнив собравшимся о том, что РА — тяжелейшее заболевание, которое может дебютировать, к сожалению, на первом году жизни ребенка. Самым страшным моментом, именно в педиатрической ревматологии, является быстрая инвалидизация детей. К тому же детский ревматоидный артрит характеризуется симптомом отставания в росте. Это явление усугубляется назначением детям преднизолона как основного препарата, что приводит к необратимым последствиям. У детей развивается нанизм — в 16—17 лет их рост соответствует таковому у 5—6-летних детей, более того, они и выглядят как пятилетние. А это тяжелейшая психологическая травма: фактически у таких детей не столько разрушены суставы, сколько разрушена жизнь. Поэтому приход генно-инженерных биологических препаратов в ревматологическую практику сделал переворот, в первую очередь, в лечении детского РА. По детским показаниям тоцилизумаб пока не зарегистрирован ни в России, ни в мире. В мире клинические исследования эффективности и безопасности тоцилизумаба у детей уже проводятся, в России они находятся в стадии подготовки (начнутся в 2010 году).

— В Японии уже проведены двойные слепые плацебоконтролируемые исследования тоцилизумаба у детей с системным вариантом ревматоидного артрита и получен потрясающий эффект: ремиссия достигается у 80% детей. Это совершенно нетипично как для стандартных иммунодепрессантов, так и для других биологических агентов, применяемых при терапии именно этой формы заболевания, — рассказала Е.И. Алексеева.

Данный препарат много лет назад был создан для детей, и именно у детей с тяжелейшим поражением сердца, лихорадкой, при фатальном варианте болезни препарат был фантастически эффективен. Но, к сожалению, именно эти больные получают глюкокортикоиды, потому что они показаны детям с первого года жизни, а другие препараты, более эффективные, не имеющие таких тяжелых побочных эффектов, клинических испытаний у детей пока не прошли. Подобные препараты могут дать надежду и изменить прогноз течения заболевания, поскольку врачи смогут отказаться от преднизолона в терапии детского ревматоидного артрита. То есть у детей с РА появится возможность расти и развиваться, получить образование, иметь семью.

Дмитрий Евгеньевич КАРАТЕЕВ, руководитель отдела ранних артритов, заведующий лабораторией прогнозирования исходов и течения ревматических заболеваний НИИ ревматологии РАМН, доктор медицинских наук, отметил, что на сегодняшний день ревматологи могут предложить своим пациентам проведение современных исследований на высоком технологическом уровне, позволяющих выявить наличие заболевания на ранних стадиях, когда оно еще не проявляется клинически. Это дает возможность оптимизировать лечение на самых ранних этапах. По мнению Дмитрия Евгеньевича, активное лечение должно начинаться на первых этапах иммунного воспаления, когда оно еще потенциально обратимо — в первые 3—6 месяцев от появления симптоматики. По результатам клинического исследования, терапия тоцилизумабом позволяет в ­­3 раза чаще достигать клинической ремиссии у пациентов на ранней стадии заболевания, чем терапия метотрексатом. А стадия клинической ремиссии — это полностью восстановленный для общества человек.

Яков Александрович СИГИДИН, руководитель лаборатории клинической фармакологии НИИ ревматологии РАМН, доктор медицинских наук, профессор, напомнив о том, что ревматоидный артрит — это заболевание, возникающее в результате воздействия иммунной системы на свои собственные ткани, подчеркнул, что нейтрализация активных рецепторов к ИЛ-6 радикально изменила положение больных ревматоидным артритом. Применение в терапии РА препаратов, нейтрализующих действие интерлейкинов дает очень высокую частоту ремиссии. Использование этих препаратов значительно расширяет возможности ревматологии. В силу их избирательного действия?— за ними будущее терапии РА.

Источник